Я бросила в России всё: учёбу, работу, друзей — ради любви

Обретя свою любовь, она уехала в новую для себя страну — Норвегию, плакала над учебниками норвежского, растила четырех детей и писала стихи…

Юлия Белова – сегодняшний гость проекта — очаровательная и трепетная женщина. Обретя в Норвегии свою любовь, она уехала в новую для себя страну, плакала над учебниками норвежского, растила четырех детей и писала стихи… А потом врачи обнаружили у нее рак. Юлия не только вышла победительницей из этой смертельной схватки, но и многое поняла и сделала…

Profile: Юлия Белова, поэтесса, в Норвегии с 1999 года

«Я родом из ближнего Подмосковья. Моя малая Родина – город Лобня, который стоит на трёх дорогах: Дмитровском шоссе, Ленинградском и Савёловской железной дороге. Так что до Москвы — 40 минут в любом варианте!

Сколько себя помню – всё время что-то изучала: компьютер, английский язык, русский. Как готовить, шить, вязать…

В 1997 году поехала на 3 месяца в США к своей подруге, которая на то время работала в университете штата Теннесси. Летом в этом университете был организован бесплатный курс для иностранных студентов, куда я и попала. У меня была только разговорная практика. Учитель сказал нам: «Кто поймёт теннессийца, тот поймёт любой английский». Осенью того же года я поступила в Гуманитарный университет в Москве на юридический факультет, где отучилась два года.

Так что к 1999 году у меня была работа в Москве, заочная учёба в университете, я была разведена, делала ремонт в своей квартире, сдала на права, у меня уже было двое детей, и вдруг подруга подбила меня на поездку на Мальту. И вот там я и познакомилась со своим будущим мужем.

Он был соседом по номеру. Я бегло говорила по-английски, он тоже. Мы провели незабываемую неделю. Это был конец мая, а в июне он приехал в Москву на неделю. В августе я посетила Норвегию, а в октябре мы сыграли там свадьбу. В декабре была свадьба в России, а в 2001 году у нас было венчание в Норвегии.

Я бросила в России всё: учёбу, работу, друзей — ради любви… Безусловно, был страх: чужая страна, другая культура, ни родных, ни друзей. Но сейчас у меня замечательный муж и четверо детей: двое от первого брака и двое совместных. Сыновьям — 24 и 8 лет, а дочерям – 21 и 10. Все говорят по-русски и норвежски, плюс учат английский в школе. Муж меня на 12 лет старше, работает в Осло на фирме – делает карты для автомобильных систем навигации.

Когда мой муж первый раз посетил Москву, то был приятно удивлён: цивилизованный европейский город, люди хорошо одеты. В Норвегии Россию показывали, прямо скажем, не с очень хорошей стороны: старые бабушки в платочках носят воду из колодца, бездорожье и бедность. Согласна, что таких деревень в России много, но у людей сложилось впечатление, что вся Россия такая.

А в свой первый приезд в Норвегию муж организовал мне недельную поездку по стране. Он показал мне фьорды с изумрудной водой, множество красивых горных водопадов, в горах мы играли в снежки. Все города чистые и ухоженные. И нет различия между городами и сельской местностью: везде проведены коммуникации и хорошие дороги. Потом неделю мы провели в Осло, где он познакомил меня с коллегами по работе и своей семьёй и тогда я поняла, что у этого человека серьёзные намерения. Я улетала влюблённой в Норвегию. Я повидала много разных стран, но Норвегия — одна из самых красивейших!

Впечатлений было очень много: в кафе мамы сидят группками за столами, болтают, пьют пиво или кофе, курят, а папы носятся вокруг с детьми. Согласитесь, что в России всё наоборот. Также меня поразило множество детей и беременных. Мамы кормят детей грудью в общественных местах, иногда сидя прямо на полу. Детям ничего не запрещают: некоторые ведут себя как дикари – носятся, например, по магазину, орут, ложатся на пол. А ещё норвежки не следят за собой. Если вы на улице встретите хорошо одетую и ухоженную женщину, то наверняка это будет иностранка.

Детям в Норвегии дозволено все, но ни в коем случае нельзя дать подзатыльник или шлепнуть по попке. Только ребенок переступил порог детского сада – ему тут же дают номер телефона и объясняют – если тебя кто-то обидит – тут же звони! А в школе это «воспитание» развито еще в большей степени – там существуют специальные кабинеты. И дети уже с малого возраста буквально шантажируют всем этим родителей. В результате там такие дети, что выйти с ними в люди просто стыдно! Я отношусь к этому крайне отрицательно, ведь таким образом детей воспитать просто невозможно! Пыталась воспитывать своих детишек по-другому, но мой муж этому очень сопротивлялся. Так что пока папы дома нет, стараюсь восполнить пробелы…

Год я ждала места в школе норвежского языка. Я привезла детей из России, и мы с мужем решили, что работать я не буду, а буду заботиться о доме и семье, тем более, что зарабатывает он хорошо.

Первый год мне было очень трудно: не было никого, с кем я могла бы пообщаться, не было книг на русском языке. К тому же я очень долго не могла сама даже по магазинам ходить, а домой маме звонила редко – дорого, а скайпа тогда не было. Но ситуация начала меняться, как только я пошла в школу. Оказалось, русских в Норвегии много — я познакомилась с другими русскими жёнами, у меня сложился определённый круг общения, и я уже не чувствовала себя одинокой. Сейчас у меня есть и русское телевидение, и большая библиотека на русском языке, причем, многие книги — с автографами самих авторов. Я веду обширную переписку по интернету, часто бываю в Москве. Словом, я совсем не ощущаю себя оторванной от России: я всегда в курсе всего, что происходит. И у меня теперь два дома – и в России, и в Норвегии я чувствую себя комфортно!

Люди сюда приезжают разные: кто-то выходит замуж «за Норвегию», а кто-то создаёт настоящие крепкие семьи. Знаете, существует такой парадокс: женщины, приехавшие из крупных городов, ведут себя скромнее и достойнее провинциалок. У меня сейчас несколько годами проверенных подруг, мы дружим семьями. Новых людей я пускаю в свой круг очень редко. У нас в семьях разные достатки, но зависти друг к другу нет, а для меня это очень важный момент в общении. А ещё мы всегда друг другу помогаем, что тоже дорогого стоит. И всего в этой жизни я добилась сама и никому не позволю всё разрушить.

Язык давался мне очень непросто — взрослые привыкли всё воспринимать по правилам, а в норвежском языке этих правил очень мало. Первое время я открывала учебник, закрывала его и плакала – думала, что мне никогда не выучить этот язык. Но со временем я его, конечно же, освоила. А детям было проще: они не задумываясь копировали речь, и сейчас говорят без акцента, а вот у меня акцент есть. Между собой дети говорят только по-норвежски, и я с этим ничего не могу поделать. Однажды с младшими детьми гостила у мамы. Мы пошли на детскую площадку, где было много детей. Катарина с Эдвардом, как всегда, говорили между собой по-норвежски. Одна девочка подошла к Кате и спросила её: «Ты что, нерусская?». На что моя Катя ответила: «Нет, я – русская, но я знаю норвежский язык». Я была поражена таким ответом…

… Леса в Норвегии богаты грибами и ягодами. Мы каждое лето ходим в лес, но муж никогда до встречи со мной не пробовал никаких грибов, кроме шампиньонов. Норвежцы довольно ленивые, чтобы собирать лесные дары – им проще всё купить в магазине, а в лес они ходят исключительно на прогулки.

Стихи я пишу еще со школы, но всё ложилось в стол. Однажды мама мне сказала, что пора публиковаться. И вот в 2004 году появились мои первые стихи в московской и подмосковной литературной периодике. А спустя три года у меня вышел первый сборник «Стихи моей души» в издательстве «Голос-Пресс» в Москве. Я продолжала писать, но серьёзно заниматься литературой тогда ещё не думала.

А в декабре 2007 года со мной приключилась беда: мне поставили диагноз рак груди. В январе 2008 меня прооперировали. В то время мне ни с кем не хотелось общаться – я впала в какой-то душевный ступор. Слёз не было, депрессии тоже не было, но я как будто закаменела. На второй день после операции я написала сразу 10 стихов, куда я выплеснула все свои чувства и эмоции. Поэтому у этих стихов сильная энергетика. После операции я себе сказала: «Теперь я могу всё».

Пережить этот сложный период мне помогли моя семья и друзья. К нам приехала мама из России на 9 месяцев. Она мне очень помогла, так как дети были ещё совсем маленькие – младшему было всего 3 года.

А в марте того же года началось длительное лечение. Я прошла курс облучения из 25 сеансов (5 недель). На последние сеансы я ездила как на казнь – боль была невыносимая, у меня был очень сильный ожёг, который ничем нельзя было смазывать, пока шло лечение. Но я всё выдержала. У меня сильный характер, который помогает мне в самых непростых ситуациях. Некоторые знакомые перестали со мной общаться в тот период – боялись, что я буду жаловаться и хныкать. Но я никого и никогда не донимала своими проблемами.

В апреле того же года в Праге проходил первый международный литературный фестиваль. Я о нём узнала из интернета и зарегистрировалась. Сначала поехала в больницу на облучение, затем в аэропорт, а когда вернулась из Праги, то сначала в больницу, а потом домой…

В Праге я познакомилась с замечательными людьми. Мы до сих пор общаемся и встречаемся на международных литературных мероприятиях. Кстати, на сегодняшний день я участник двух фестивалей в Праге и пяти в Вене.

В 2009 году у меня вышел второй сборник стихов «За горизонтом бытия» в Германии в издательстве ”Unsere welt”. А в 2011 году — детская книжка-малышка «Помощница» в издательстве «У Никитских ворот» в Москве.

Я пишу и для взрослых и для детей, но никогда не думала специально писать для детей, эта тема как-то сама «пошла». Вообще всё моё творчество проходит под девизом: «Тебе, моя Россия, служу издалека и вклад вношу посильный в поддержку языка!».

Сейчас я выступаю с концертами в Москве, Подмосковье и Европе. В Москве выступала на таких площадках как, например, Дом Солженицына или музей Марины Цветаевой. У меня полноценные концерты: стихи разбиты на тематические блоки, а между блоками музыкальные паузы, в которых выступают мои знакомые певцы и музыканты. А если учесть, что все концерты бесплатные, то в наше непростое время это большое подспорье для многих людей.

А ещё я являюсь автором проекта коллективного сборника… о раке. Когда я лежала в больнице, то мне предлагали на выбор пообщаться со священником или с женщиной перенёсшей такую же операцию, но мне не хотелось ни с кем говорить. Но если бы мне дали почитать авторов, переживших то же самое, то я с удовольствием почитала бы. Но увы, такого сборника нет. Когда у меня появились обширные знакомства в международном литературном мире, то я начала всех просить: если кто знает таких авторов, давать им мои координаты для связи.

Авторов я набирала «вручную», процесс этот оказался непростым. Но четыре года работы не прошли даром: на сегодняшний день у меня около 200 страниц стихов, прозы, врачебных статей и писем больных. Последнюю информацию мне любезно предоставили в Институте онкологии, что на Каширском шоссе в Москве. Авторы у меня из разных стран. Но ко всем было требование: произведения должны быть оптимистичными.

Для чего я это делаю? Этот сборник является чисто благотворительным проектом. Ни в коем случае не для продаж в торговых сетях, а для распространения по онкологическим клиникам России для поднятия духа людей, попавших в сложную жизненную ситуацию. Ведь не у каждого есть надёжный тыл и поддержка, поэтому многие впадают в панику или депрессию, а это лечению не помогает. Надеюсь, что в этом году сборник выйдет в свет. Мир не без добрых людей: нашёлся замечательный человек, который помогает мне опубликовать книгу».

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Оцените статью
Пермский Комсомолец
Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: